Месть  - Виктория Шваб

– Я слышала, он предпочитает молоденьких.

– Я могу вам помочь? – спросил человек за столом.

Марсела подняла солнцезащитные очки на макушку, демонстрируя голубые глаза и длинные ресницы.

– Очень на это надеюсь, – сказала она хриплым голосом.

Она давно научилась превращать мужчин в марионеток.

Это было просто, никаких особых навыков не требовалось.

Она улыбнулась, как и мужчина за столом.

Она наклонилась, и он подался ей навстречу.

– Мы пришли повидаться с Тони.

Марсела не назначала встречу, но Джун оказалась права: Хатч искал ее – он оставил дюжину голосовых сообщений на ее телефоне с памятной ночи покера. Через полминуты они уже шли наверх.

Джун откинулась назад на стену лифта. Она подозрительно притихла, ее рот сжался в мрачную линию. Прежний юмор исчез, взгляд нервно бегал по панели на стене, собственному отражению и золотой отделке на потолке.

Лифт звякнул, и двери открылись. В элегантном фойе стояли двое мужчин в темных костюмах, под сшитыми на заказ пиджаками виднелись кобуры. Матовые двери за ними вели в пентхаус.

– Господа, – поздоровалась Марсела, шагая вперед.

Ее наряд явно не подходил для ношения скрытого оружия, но один из «костюмов» настоял на том, чтобы произвести обыск, задержавшись на бедрах и под грудью. Когда другой парень подошел к Джун, та просто усмехнулась, и Марсела прочистила горло:

– Я уверена, что против этого есть законы.

«Костюм» фыркнул, но отступил, явно решив, что сражаться не стоит. Он ввел код в настенную панель, и непрозрачные двери открылись. Пространство снаружи больше походило на гостиную, чем на офис. Широкие белые диваны и низкие стеклянные журнальные столики, графины вдоль серванта.

Тони Хатч сидел за глянцевым черным столом и читал газету, а за спиной в огромных панорамных окнах мерцал город. За стеклом сланцевый внутренний дворик уступил место мерцающему синему бассейну; пар поднимался там, где нагретая поверхность встречалась с прохладным весенним воздухом.

Тони поднял глаза от газеты и улыбнулся.

Говорят, люди за тебя цепляются. Возможно, так и есть, ведь каждый раз, когда Марсела видела Тони, то чувствовала необходимость стереть его со своей кожи.

Он встал и обошел стол, широко раскинув руки:

– Марсела, если бы красота была преступлением…

– Тогда я заправляла бы этим городом вместо тебя, – сухо ответила она.

Тони рассмеялся, хотя уже отвлекся.

– А это кто?

– Моя племянница, Дж…

– Джессика, – перебила Джун и протянула руку; ее акцент стал почти незаметным.

Глаза Тони блуждали по ней.

– Красивая внешность определенно ваша фамильная черта, – сказал он, коснувшись губами ее костяшек. Склонив голову, Тони не увидел, как сузились глаза Джун. Марселе опять стало интересно, что имела в виду Джун, говоря о личном деле.

Два «костюма» все еще маячили у стеклянных дверей, держа руки на кобурах, но Тони от них отмахнулся:

– Назад, парни. – И подмигнул. – Думаю, тут я сам управлюсь.

Удивительно, подумала Марсела. Хатч, очевидно, видел, что она устроила на игре в покер, и все же относился к ней как к вещи, милой, но бессильной безделушке.

Сколько мужчин ей придется превратить в прах, прежде чем кто-то начнет принимать ее всерьез?

Охрана отступила, и Тони повернулся к серванту.

– Садитесь, садитесь, – сказал он, указывая на два стула перед столом. – Налить вам, девушки, выпить?

Не дожидаясь ответа, Тони просто стал бросать лед в хрустальные бокалы.

Марсела опустилась на стул, но Джун бродила по комнате, беспокойно рассматривая картины. Марсела обратила свое внимание на Тони:

– Ты знал о Бетани?

Тони цокнул языком.

– А, это, – отмахнулся он. – Слушай, я сказал Марку от нее избавиться, но ты же знаешь, каковы мужики. Если бы дела сердечные совпадали с делами интимными… В смысле, сколько раз я пытался увести тебя от твоего мужа – впрочем, ты здесь не за этим.

– Так зачем я здесь, Тони?

Он вернулся в свое кресло.

– Ты здесь, потому что у тебя хватило мозгов прийти, когда позвали. Ты здесь, чтобы помочь мне понять, какого хрена происходит, ибо я переслушал много сумасшедшего дерьма, Марс, но знаю лишь, что трое из моих лучших парней мертвы, а у двух других, кажется, странная уверенность, будто ты их убила.

– Так и есть.

Тони рассмеялся, но без капли юмора.

– Я не в настроении для игр, Марс. Знаю, вы с Маркусом поцапались…

– Поцапались? – выплюнула Марсела. – Он ударил меня головой об стол. Придавил мое тело пятьюдесятью фунтами железа и поджег наш дом.

– И все же ты здесь, жива и здорова, а мой главный исполнитель – куча пыли на полу у Сэма Макгвайра. Итак, ты поможешь мне понять, что на самом деле произошло. – Он не стал добавлять «иначе», а просто сел. – Слушай, я не дурак. Ты помогаешь мне, я помогаю тебе.

Ее рот дернулся:

– Чем ты мне поможешь?

– Ты всегда была слишком хороша для Маркуса. Я мог бы дать тебе ту жизнь, которую ты заслуживаешь. Какой ты стоишь… – Эта мерзкая скользкая улыбка. – Если попросишь как следует.

Попроси как следует.

Играй честно.

Марселу эти честности уже в корень задрали.

Джун по ту сторону комнаты коротко иронично рассмеялась.

Улыбка соскользнула с лица Тони.

– Что-то развеселило, малышка?

Джун повернулась к ним.

– Я однажды попросила тебя как следует, Тони, – сказала она веско. – Это ничего не изменило.

Тони прищурился:

– Мы уже встречались?

Джун положила локти на спинку пустого стула и надулась.

– Тони. – На этот раз, когда она заговорила, ее акцент проявился во всей красе. – Ты меня не узнаешь?

Краски сошли с его лица.

– Нет…

Марсела не знала, шок это или отрицание, но Тони инстинктивно потянулся к верхнему ящику стола.

– В самом деле? – Джун выпрямилась; девочка-подросток исчезла, став идеальной копией самого Тони Хатча. – А сейчас?

На глазах Марселы Тони Хатч выхватил из верхнего ящика пистолет и пустил три пули в грудь Джун.

Джун посмотрела вниз, на кровь, что яркими пятнами распустилась на рубашке, но не вскрикнула, не упала, просто улыбнулась.

А вот настоящий Хатч за столом задохнулся и схватился за грудь, где появились три идеальных отверстия, и хлынула кровь.